• В марте: Ирландская писательница Энн Энрайт, Гюнтер Грасс

    Мартовский номер «ИЛ» открывается романом португальского писателя Луиша Де Стау Монтейру (1926 – 1993) «Мужчины не плачут» в переводе Андрея Сапрыкина. Трое суток из жизни лиссабонца средних лет, мечтающего развестись с постылой женой. Сатира на лицемерие общественных нравов и установлений, начиная с института церковного брака. Впрочем, финал – самый трагический.

    Далее – рассказы из сборника «Вчерашняя погода» ирландской писательницы Энн Энрайт в переводе с английского Александра Авербуха. Мастерская психологическая проза о пронзительных жизненных ситуациях, будь то минута-другая, пока лифт поднимает беременную женщину и разглядывающего ее незнакомца; или любовь ирландки в Париже к пожилому вьетнамцу, прошедшему у себя на родине «исправительный» концлагерь; или внезапная сердечная близость соседей по дому – вдовых старика и старухи за восемьдесят…

    Повесть «Зачумленные» знаменитого французского кинематографиста и драматурга Марселя Паньоля (1895 – 1974) в переводе Ольги Пискаревой.

    1720 год, Марсель, эпидемия чумы. Но обитатели одного из городских кварталов решили выжить во что бы то ни стало.

    Рубрика «Современный итальянский рассказ». «Тексты, собранные в этой мини-антологии, принадлежат к популярнейшему жанру итальянской литературы», - сказано во вступлении составителя подборки, филолога и переводчика Анны Ямпольской. Это и «Синдром Будмана» знаменитого Алессандро Баррико – притча, высмеивающая причинно-следственный бред, попытку разума навязать смысл хаосу случайностей (перевод Татьяны Быстровой); и «Механика двухтактного двигателя» сравнительно молодого Паоло Коньетти (1978) в переводе Диляры Туишевой – рассказ об американских неблагополучных подростках; и «Бег» Валерии Парелла - жесткая история из жизни неаполитанского «дна». Перевод Маргариты Старостиной.

    В завершение рубрики – интервью главного редактора издательства «Фельтринелли» Альберто Ролло в переводе Анны Ямпольской.

    В рубрике «Из классики ХХ века» стихи Октавио Паса (1914 – 1998) – мексиканского поэта и Нобелевского лауреата в переводе с испанского Екатерины Трубиной.

    А другому лауреату Нобелевской премии, немцу Гюнтеру Грассу (1927 – 2015) посвящена рубрика «Inmemoriam», в которой напечатан фрагмент книги «О бренности» - «В чем и где мы будем лежать» - в переводе Бориса Хлебникова и с его же вступлением. В этом удивительном отрывке Г. Грасс входит в детали их с женой тогда еще будущего захоронения.

  • В апреле: Литературный гид "Полвека без Ивлина Во", роман Андреаса Неумана

    В традиционной рубрике «Литературный гид» - «Полвека без Ивлина Во» - подборка из дневников, статей, воспоминаний великого автора «Возвращения в Брайдсхед» и «Пригоршни праха». Слава богу, читателям “Иностранки” не надо объяснять, кто такой Ивлин Во. Создатель упоительно смешных и в то же время зловещих фантазий, в которых гротескно преломились реалии медленно, но верно разрушавшейся Британской империи, и в то же время отразились универсальные законы человеческого бытия, тончайший стилист и ядовитый сатирик, он прочно закрепился в нашем сознании на правах одного из самых ярких и самобытных прозаиков ХХ столетия, по праву заняв место в ряду виднейших представителей английской словесности, - пишет в предисловии составитель и редактор рубрики, критик и литературовед Николай Мельников.

    В подборку, посвященную 50-летию со дня смерти Ивлина Во, вошли разделы «Писатель путешествует» и «Я к Вам пишу...». А также полные и едкого сарказма путевые очерки «Наклейки на чемодане» (перевод Валерия Минушина) и подборка писем  Во (составление и перевод Александра Ливерганта) - рассказ о путешествиях в Европу, Африку и Южную Америку, а также о жизни британского общества между войнами.

    Рубрика «Статьи, эссе» тоже посвящена Ивлину Во – в статьях «Медные трубы» (перевод Николая Мельникова), «Я всюду вижу одну лишь скуку» (перевод Анны Курт), «Человек, которого ненавидит Голливуд» о фильме «Месье Верду» Ч. Чаплина (перевод Анны Курт) раскрывается пронзительный, глубокий и беспощадный ум критика, а интервью Ивлина Во Харви Брайту из «Нью-Йорк Таймс» (перевод Николая Мельникова)показывает, насколько яркой, своеобразной и неоднозначной личностью был писатель.

    В рубрике «Ничего смешного» – одна из самых забавных юморесок «Непростое искусство давать интервью» (1948), где в абсурдистской манере воссоздается беседа Ивлина Во с настырной, плохо говорящей по-английски репортершей, проникшей в гостиничный номер рассказчика (перевод Анны Курт).

    В традиционный раздел «Среди книг» Ивлин Во рецензирует своих коллег: Эрнеста Хэмингуэя, Грэма Грина и Мюриэл Спарк (ее роман «Утешители», о котором пишет Во, был как раз опубликован в октябрьском номере «ИЛ» 2015 года, так что у читателя есть уникальная возможность сравнить свое мнение с мнением великого писателя).

    В разделе «В зеркале критики» от рецензентов достается уже самому Ивлину Во. Не менее заслуженные писатели Эдмунд Уилсон, Джордж Оруэлл, Десмонд Маккарти, Гор Видал и Энтони Бёрджесс разбирают творчество и личность коллеги буквально по косточкам - жестко, пристрастно и весьма неожиданно.

    Все произведения Ивлина Во и об Ивлине Во иллюстрированы собственными рисунками писателя, оказавшегося в придачу ко всем его талантам еще и одаренным карикатуристом, а также его современниками.

  • В мае: К выходу нового специального номера «ИЛ», посвященного 400-летию со дня смерти Уильяма Шекспира

    Два года назад «ИЛ» выпустила номер, посвященный Шекспиру – «Беспокойное бессмертие: 450 лет со дня рождения Уильяма Шекспира». И вот вновь номер о Шекспире, так и названный «И снова Бард...» (№, 2015(№5, 2014; составители номер: Дм. А. Иванов, Т.Я. Казавчинская)) – как и все человечество, наш журнал отмечает четырехсотлетие со дня смерти писателя.

    И все же номер назван так не потому, или, скорее, не столько потому, что он второй по счету, а по той причине, что это начало перифраза: «И снова Бард чужую песню сложит/И как свою ее произнесет» –так мы поименовали раздел о «Гамлете», ибо почти все драматические произведения Шекспира (кроме «Бури» и «Виндзорских насмешниц») – «чужие песни», написанные на уже существовавшие сюжеты.  В этом нет ничего необычного, криминального или хотя бы предосудительного – тогда писатели «брали свое, где находили» (об авторском праве, как мы его стали понимать в Новое время, никто еще не задумывался, а театрально-репертуарный голод настоятельно требовал все новых и новых пьес).  Вот и сюжет «Гамлета» взят из датских хроник Саксона Грамматика, переписан Бельфоре, об этом же сочинил «Испанскую трагедию» Томас Кид. Шекспировскому «Гамлету» предшествовала и анонимная пьеса с таким же названием, да и сам Бард написал, как минимум, два варианта своей трагедии. 

    Все это не помешало «Гамлету» стать пьесой пьес, а главному герою триумфально войти в пантеон вечных литературных образов и стать предметом бесчисленных интерпретаций, размышлений, воплощений... И, между прочим, историй болезни – нашим героем давно интересуются психиатры, а с некоторых пор – и психоаналитики, и в майском номере об этом можно прочитать (в номере «Беспокойное бессмертие» мы уже публиковали материал о непростых  отношениях Зигмунта Фрейда с Шекспиром).

    В целом же, мы хотели рассказать о некоторых не столь популярных, менее известных шекспировских темах (таких, как несомненные переклички Шекспира с Монтенем или как обучение латыни в грамматической школе того времени - их открыл для простолюдинов в годы свого короткого правления король Эдуард VI, долгожданный и многострадальный сын Генриха VIII), а также внести коррективы в  общеизвестное – и, прежде всего, в общепринятое представление о гуманизме. Эпоха Ренессанса прокладывала дорогу не только новому знанию (главным образом, знанию о далеком прошлом), но и новому невежеству, отбросившему немало ценного из наследия европейской средневековой культуры, о чем говорится в книге «Английская литература XVII века, за исключением драмы» британского литературоведа, историка-медиевиста, замечательного писателя и публициста, а также широко известного сказочника Клайва Стейплза Льюиса; отрывок из нее мы публикуем в номере.

    Составитель номера Т. Казавчинская


     

  • В июне: Литературный гид "Странствующий рыцарь"

    Номер открывается романом австрийского прозаика и драматурга Эдена фон Хорвата (1901 – 1938) «Юность без Бога» в переводе Ирины Дембо.  Главный герой, школьный учитель, вывозит свой класс на военизированный недельный слет на лоне природы. Размеренный распорядок дня в палаточном лагере нарушает загадочная гибель одного из учеников. Полиция идет по ложному следу, но учитель, чувствуя себя косвенным виновником преступления, начинает собственное расследование. А происходит действие романа в условной стране, где «по улицам маршировали девушки в поисках пропавших летчиков, юноши, желающие всем неграм смерти, и родители, верящие вранью на транспарантах. А те, кто не верит, тоже идут в ногу со всеми, в одном строю. Полки бесхребетных под предводительством чокнутых…»

    Литературный гид «Странствующий по миру рыцарь. К 400-летию со дня смерти Сервантеса».

    После краткого, но содержательного вступления литературоведа и переводчицы Ирины Ершовой «Пути славы хитроумного идальго» - пять писем самого Сервантеса в переводе Маргариты Смирновой, Екатерины Трубиной и Н. М. Любимова. «При всей своей скудости, - говорится в заметке И. Ершовой, - этот эпистолярий в полной мере демонстрирует обе составляющие постоянных забот писателя на протяжении всей его жизни – литературное творчество и заработки».

    Затем – «Завещание Дон Кихота», стихи другого классика испанской литературы Франсиско де Кеведо (1580 – 1645) в переводе М. Корнеева.

    Романтическая миниатюра известного представителя испаноамериканского модернизма, никарагуанского писателя и дипломата Рубена Дарио (1867 – 1916) с красноречивыми инициалами «Д. К.» в качестве названия. Перевод Маргариты Смирновой.

    И далее, как сказано в уже цитировавшемся вступлении Ирины Ершовой: «Разные по жанру – речь на вручении премии и речь к юбилею (Антонио Мачадо и Алехо Карпьентер), исследования о романе и эпохе (Гомес де ла Серна, Сальвадор Мадарьяга, Хулиан Мариас, Марио Варгас Льоса) – предлагаемые статьи, эссе и фрагменты книг едины своей побудительной причиной: понять и осмыслить величие и современность Сервантеса для себя, для Испании, для европейской культуры и литературы, для современной истории романа».

  • В июле: Англия - портрет и автопортрет

    Из вступления Марии Фаликман к первой публикации явствует, что «2016 год объявлен перекрестным годом языка и литературы Великобритании и России». И вот перед читателем – тематический номер «Англия: портрет и автопортрет».

    А собственно первая публикация - «Пять веков британского поэтического портрета» - по существу, маленькая антология разных поэтических жанров, сопоставимых и с некоторыми жанрами портретной живописи. Переводчики – Марина Бородицкая, Мария Фаликман, Алексей Круглов, Светлана Лихачева, Валентина Сергеева, Анастасия Строкина.

    Большую прозу представляет роман Генри Грина (1905 – 1973) «Возвращение» в переводе Елены Улановой, который хочется назвать романом-контузией. Вторая мировая война; на родину после четырехлетнего немецкого плена возвращается молодой инвалид. Но под воздействием пережитого возвращенная реальность в восприятии героя настолько деформирована, что ему никак не удается безболезненно вписаться в нее. Это – повествование о травме и долгом и, разумеется, неполном исцелении.

    В рубрике «Из классики ХХ века» - Альфред Эдвард Хаусман (1859 – 1936), один из самых любимых, известных и обаятельных поэтов Великобритании.

    Перевод и вступительная заметка Виктора Широкова.

    В рубрике «Документальная проза» - «Дневники» (1965 – 1972) Джона Фаулза (1926 – 2005) с предисловием английского историка и киноведа Чарльза Дрейзина (1960) и в переводе Валерии Бернацкой

    В рубрике «Из будущей книги» - начальные главы биографии «Грэма Грина», написанной переводчиком и литературоведом Александром Ливергантом.

    Рубрика «Статьи, эссе». В статье «Нескучная поэзия» поэт, переводчик и литературовед Григорий Кружков рассказывает о выпущенной актером и драматургом Аланом Беннетом антологии «Шесть поэтов: от Гарди до Ларкина». Принцип отбора прост: в книгу вошли стихи поэтов, с первого прочтения понятных и полюбившихся составителю антологии. 

    В рубрике «Ничего смешного» - «Последнее песнопение», рассказ английского писателя Саки (1870 – 1916), которым восхищались, среди прочих, такие авторы как Ивлин Во и Алан Милн. Перевод и вступление Михаила Матвеева, математика и переводчика.

     

Cодержание номера

7/16

К выходу нового специального номера «ИЛ», посвященного 400-летию со дня смерти Уильяма Шекспира - №5 за 2016 год

Два года назад «ИЛ» выпустила номер, посвященный Шекспиру – «Беспокойное бессмертие: 450 лет со дня рождения Уильяма Шекспира». И вот вновь номер о Шекспире, так и названный «И снова Бард...» (№5, 2014; составители номер: Дм. А. Иванов, Т.Я. Казавчинская)) – как и все человечество, наш журнал отмечает четырехсотлетие со дня смерти писателя. И все же номер назван так не потому, или, скорее, не столько потому, что он второй по счету, а по той причине, что это начало перифраза: «И снова Бард чужую песню сложит/И как свою ее произнесет» –так мы поименовали раздел о «Гамлете»[1], ибо почти все драматические произведения Шекспира (кроме «Бури» и «Виндзорских насмешниц») – «чужие песни», написанные на уже существовавшие сюжеты.

[1] «И снова скальд  чужую песню сложит/ И как свою ее произнесет» («Я не слыхал рассказов Оссиана) говорит Мандельштам об обычае северных певцов перелагать не раз спетые до них саги.

Клайв Стейплз Льюис

Новое знание и новое невежество

Из книги "Английская литература XVII века", за исключением драмы.

Краткий обзор истории английской литературы XVI века понять не так уж трудно. В начале века литература была средневековой - по форме и по духу. В Шотландии она достигла самой высокой степени технического совершенства, но в Англии на протяжении многих лет оставалась скучной, немощной и неумелой. По мере того как век становился старше, появлялись новые источники влияния: по-новому понятая античность, новая поэзия Италии и Франции, новая теология, новые направления в философии и науке. Одновременно, хотя, возможно, и по иным причинам, шотландская литература пришла в полный упадок. Характерную болезнь позднесредневековой поэзии, а именно ее метрический разнобой, в Англии удалось вылечить, но на смену почти повсеместно пришла регулярность столь безжизненная и вымученная, что многие предпочли бы прежние неровности. Нигде ни проблеска нового вдохновения. Английские авторы, за исключением Уайетта[1] и сочинителей Книги молитв (по большей части переводных), казалось, напрочь забыли уроки Средних веков и мало чему научились взамен: их проза неуклюжа, монотонна, многословна; стихи их либо на редкость бесстрастны и холодны, либо невыносимо напыщенны - если претендуют на возвышенность. И там, и тут смысловые ударения ужасают - их будто забивали дубиной. Ни легкости, ни нежности, ни свежести. Все пишут, как старики. Середина века - время сухое, неповоротливое, банальное. Тусклое. Но вот наступает последняя четверть столетия и происходит нечто неожиданное. Внезапно мы словно пробуждаемся от сна. Фантазия, остроумие, парадоксальность, живые цвета, волшебные чары - все возвращается. Молодость возвращается. Возвышенная страсть идеальной любви и утонченное неистовство идеальной войны вновь востребованы. Сидни, Спенсер, Шекспир, Хукер, пожалуй, и Лили - писатели почти новой культуры, той, что продержится почти весь XVII век и обогатит смысл таких слов, как “Англия” и “элита”. Даже самый проницательный наблюдатель еще недавно не мог бы и заподозрить близость подобной перемены.

Клайв Льюис о Шекспире