• В ноябре: Датская драматургия

    Драматические произведения сегодня зачастую воспринимаются как своего рода приложение к «настоящей» литературе, но в Дании в последние два десятилетия драматургия стала одним из ведущих литературных жанров. Многие критики говорят о «буме 90-х в современной датской драматургии», о «постмодернистском прорыве в драматургии» и даже о «золотом веке театра». В номере представлена пьеса одного из самых известных драматургов Дании Астрид Саальбак, которая в 2012 году была удостоена награды «Лучший драматург Скандинавии» и пьесы которой переведены более чем на двадцать языков.

    Драма Кая Мунка “Слово” занимает особое место в наследии автора и в Датском культурном каноне, где она стоит рядом с давно причисленными к классике нравоописательными комедиями Хольберга и сказочной драматической поэмой Эленшлегера. Написанная Мунком по заказу Королевского театра Дании в 1925 году, по следам реального события — смерти молодой роженицы в приходе, где Мунк служил, — пьеса была напечатана и с большим успехом поставлена в 1932 году. С тех пор пьеса не сходит со сцен мира (в 2008 году крупный французский режиссер Артюр Носисьель показал ее в литературной обработке Мари Даррьесек на Авиньонском фестивале и в культурном центре Со под Парижем, а на следующий год — в столичном театре Рон Пуэн). Ее экранизировали в Швеции в 1943-ем и Финляндии в 1962-ом, но событием мирового значения стал фильм “Слово”, созданный в 1955-ом на основе драмы великим датским мастером Карлом Дрейером. Картина получила американский “Золотой глобус”, венецианского “Золотого льва” и — в трех номинациях — крупнейшую датскую кинопремию “Бодил”, она неизменно и на первых позициях входит в самые разные списки лучших фильмов всех стран и времен.

    Тема мунковской драмы — возможность чуда в современном мире, в повседневном течении жизни, вернее, личная способность человека к ожиданию и приходу невероятного, к “адвенту”, который ведь и значит “приход”. Если иметь в виду основных участников полемики на сцене (а пьеса Мунка, как всякий миракль, это еще и прение, спор о душе), то их, опять таки обобщенно говоря, четыре. Это сторонник просветительских идей знаменитого пастора XIX века Николая Грундтвига, свободомысл-хуторянин Миккель Борген, его прямой противник портной фундаменталист Петерсен, позитивист доктор (вместе со своим фактическим сторонником, осмотрительным новым пастором местного прихода) и — противостоящий им всем — юродивый сын старика Боргена, его несбывшаяся надежда как хозяина и как верующего, Йоханнес. Этот сын (два других — намеренно бледные сценические тени, явные не герои) — своего рода “рыцарь веры”, который, прямо-таки по “Страху и трепету” Киркегора, вступил в “несчастное отношение с так называемой действительностью” и потому сочтен сумасшедшим. Ему и предстоит разрешить главную коллизию замечательной мистериальной драмы Кая Мунка — конфликт: между привычной жизнью в теплом сообществе верных и собственным абсурдным шагом рискующего индивида - навстречу небывалому.

     

  • В ноябре: Современные датские писатели

    Если в российском книжном магазине спросить у покупателя, остановившегося перед полкой с переводной литературой, кто из датских писателей ему известен, он, скорее всего, уверенно произнесет имя Ханса Кристиана Андерсена, а потом, после паузы, Сёрена Киркегора, Карен Бликсен или Питера Хёга.

    Этот перечень - лишь малая часть датской литературы, получившая известность в России. Если присмотреться к литературе маленькой Дании с ее пятимиллионным населением, то окажется, что ей есть что предложить читающему миру.

    Составителям этого номера прежде всего хотелось познакомить читателя с литературными жанрами, характерными для современной датской литературы, причем сделать это на примере творчества еще не знакомых российскому читателю авторов.

    Номер открывается фрагментами романа Кнуда Ромера «Ничего, кроме страха». В 2006 году известный телеведущий, специалист по рекламе и актер, снимавшийся в фильме Ларса фон Триера «Идиоты», опубликовал свой дебютный роман, который сразу же сделал его знаменитым. Роман Кнуда Ромера, повествующий об истории нескольких поколений одной семьи на фоне исторических событий XX века и удостоенный нескольких престижных премий, переведен на пятнадцать языков.

    Бенни Андерсен, известный всей Дании благодаря своим лирическим песням, представлен в номере не только поэзией, но и небольшой новеллой. Как в поэзии, так и в прозе он при внешней простоте изобразительных средств всегда изящен, остроумен и психологичен.

    Поиски новой эстетики привели в 90-х годах XX века к возникновению нового направления в датской литературе - минимализма. Для минималистских произведений, представляющих собой зарисовки из повседневной жизни, характерен упрощенный синтаксис, анонимность стиля и нарочитая удаленность автора. Наиболее ярким представителем этого направления стала Хелле Хелле, с двумя новеллами которой могут познакомиться читатели номера.

    Отдельные черты минимализма присутствуют и в творчестве известного прозаика Найи Марие Айдт, новеллы которой, обычно повествующие о каком-нибудь незначительном событии, способном мгновенно перевернуть размеренную жизнь ее героев, написаны простым, незатейливым языком. Некоторые из новелл, завораживающие переплетением реальности и вымысла, вызывают у читателя чувство тревоги и даже страха.

  • В ноябре: Датская классика

    В рубрике «Литературное наследие» представлен один из самых интересных датских писателей первой половины XIX века. Стена Стенсена Бликера принято считать отцом датской новеллы. Он создал свой собственный художественный мир и оригинальную прозу, которая не укладывается в рамки утвердившегося к двадцатым годам  XIX века романтизма. В основе сюжета его произведений - часто необычная ситуация, которая вдобавок разрешается совершенно неожиданным образом. Рассказчик, alter ego автора, становится случайным свидетелем драматических событий, разворачивающихся на фоне унылых ютландских пейзажей, и сопереживает героям, страдающим от несправедливости мироустройства.

    Классик датской литературы Клаус Рифбьерг, который за свою долгую творческую жизнь попробовал себя во всех жанрах, представлен в номере небольшой новеллой «Столовые приборы», в центре которой судьба поколения, принимавшего участие в протестных молодежных акциях 1968 года.

    Еще об одном классике датской литературы - Карен Бликсен - в рубрике «Портрет в зеркалах» рассказывают такие признанные мастера, как Марио Варгас Льоса, Джон Апдайк и Трумен Капоте.

    Ну а что касается Андерсена, то он в этом номере представлен как художник, наделенный, по выражению Анри Матисса, «искусством рисовать ножницами».

    Особую благодарность журнал выражает Литературному комитету Государственного совета по искусству Дании и посольству Королевства Дании за поддержку издания

     

  • В ноябре: поэзия Датского королевства

    Как известно, поэзия в литературах мира древнее прозы, а по своим свойствам – удерживаться в памяти каждого и удерживать вокруг себя, при себе память многих, а то и всех – видимо, воплощает национальную культурную традицию вернее и надежнее.  Вряд ли случайно, что датская письменная словесность начинается не только с перевода Библии и латинских исторических хроник, но также с записанных в XVI  – не в XVIII или XIX! – веке безымянных народных песен-баллад (они были в 1591 году уже и напечатаны, чем оказались сохранены для потомков). Показательно и то, что в составленном в 2005-2006 годах Датском культурном каноне поэзия занимает почетное место, и, кстати, ряд поэтов, которые публикуются в журнале, в этот Канон входят.

    Конечно, семь лириков, включенных в  нынешний номер, не дают и не в силах дать исчерпывающую панораму датской поэзии последних тридцати-сорока лет. Но, по крайней мере, они представляют три ее поколения, так что самых старших отделяет  от самой младшей, ни много ни мало,  шесть десятилетий  (для обогащения картины любознательные читатели могут обратиться к антологии «Из современной датской поэзии», изданной в Москве, как и аналогичной антологии датской малой прозы, в уже довольно далеком 1983 году знакомившей с поэтами первой половины и середины ХХ века, - из включенных в нее тогда лишь один Бенни Андерсен вошел и в нашу подборку).  К разбросу во времени, а значит – в опыте, в стилистике, присоединяется разница в пространстве – географическом, языковом. Скажем, Катти Фредриксен живет в Гренландии и пишет не только на датском, как остальные поэты, но и на гренландском  (а в принципе, к нему можно было бы добавить немецкий и фарерский, на которых в небольшой, по российским меркам, стране тоже и говорят, и пишут; кстати, фарерцы держат вместе с исландцами первое место в мире по количеству новых издаваемых книг, в том числе – переводных, на душу населения). Добавим: кое-кто из авторов номера, не менее известный у себя в стране и в мире стихами (Ингер Кристенсен, Клаус Рифбьерг, Найя Марие Айдт),  на этот раз  фигурируют как прозаики. И надеемся, что  поэтические страницы привлекут читательский интерес,  внимание издателей, так что продолжающееся  знакомство России с датской поэзией, шире – со словесностью Дании, ее мыслью, пластикой, музыкой не прервется, а, хотелось бы думать, будет углубляться.

    Особую благодарность журнал выражает Литературному комитету Государственного совета по искусству Дании и посольству Королевства Дании за поддержку издания

  • В октябре: «Одураченные»- фрагменты дневников 1939 – 1945 гг. Августа Фридриха Кельнера

    Почти половину октябрьского номера «ИЛ» занимает документальный материал под названием «Одураченные» - фрагменты из дневников 1939 – 1945 гг., которые тайно вел Август Фридрих Кельнер (1885 – 1970), служивший при нацистах инспектором правосудия в Майнце и Лаубахе.

    Может быть, несколько почти наугад приведенных цитат обоснуют своевременность и уместность этой предостерегающей публикации:

    «Морок в умах дополняется пустотой в душах. Взирая на этот народ, хочется выть… Бал правят грубость, жестокость, жажда власти, чванство».

    «Теперь неизбежно возникают вопросы: разве мы стали счастливее, оккупировав ряд стран? Получил ли каждый конкретный, отдельный немец что-нибудь от этих завоеваний?»

    «Если после окончания войны немецкий народ соберется с духом и постарается определить самые мрачные стороны гитлеровской тирании, то пресса и ее сотрудники окажутся первыми в списке…»

    «Война исковеркала мышление людей, и все их действия подчинены задачам войны. Похмелье продлится дольше, чем это может представить себе закоренелый пессимист».

    Перевод с немецкого Анатолия Егоршева.

    Фридрих Кельнер был организатором в Майнце социал-демократической партии Германии (СДПГ). В течение 1920-х годов он выступал против коммунистической партии и Национально-социалистической рабочей партии Германии. Во время своего выступления Фридрих Кельнер поднял над своей головой книгу Адольфа Гитлера «Майн кампф», и крикнул в толпу: «Гутенберг, ваша типография была опозорена этой злой книгой».

    Фридрих Кельнер начал писать свой дневник 1-го сентября 1939 — в день, когда Гитлер приказал немецким вооруженным силам напасть на Польшу. После войны Фридрих Кельнер стал заместителем мэра города Лаубаха и занимался преследованием бывших нацистов. Он воссоздал Социал-демократическую партию в Лаубахе и стал председателем организации. Фридрих Кельнер думал, что его страдания во время Второй мировой войны могут повлиять на смягчение продолжающихся военных действий в мире. Он дал свой дневник своему американскому внуку Роберту Скотту Кельнеру в 1968 году для перевода и распространения в мире. Дневник Августа Кельнера является наиболее важным в борьбе с историческими ревизионистами, отрицающими холокост и другие нацистские преступления.

    The translation of this work was supported by the Goethe-Institut, which is funded by the German Ministry of Foreign Affairs, within its programme Litrix.de.

    Перевод отрывков был сделан при любезном содействии Института Гете, финансируемого Министерством иностранных дел Германии, и при участии Информационного портала, способствующего продвижению современной немецкой литературы в мире Litrix.de.

Cодержание номера

11/14

«Иностранная литература» в декабре

В рубрике «Сигнальный экземпляр» журнал печатает  финал романа польского прозаика и поэта Яцека Денеля  «Сатурн». (Перевод с польского и вступление Ольги Лободзинской.) Это роман о трех представителях рода  Франсиско  Гойи и о судьбе  творческого наследия – картин и фресок – гениального художника.

В рубрике «Писатель путешествует»  - «Путевые заметки» Альбера Камю, мирового классика, лауреата Нобелевской премии. ( Перевод  с французского и вступление Марии Аннинской.) Время путешествия: 1946год  – начало 1950-х годов прошлого века.  Маршруты?   Это США, «страна изобилия и спокойствия», увиденная глазами европейца, только что перенесшего ужасы мировой войны, «чистая и ухоженная Канада» и чуть ли не все страны Южной Америки, поражающие богатством и великолепием красок, тесно слитыми роскошью и нищетой, а также  причудливым соединением католической веры и африканских обрядов.  «Люблю ночь и люблю небо – гораздо больше, чем человеческих богов», - признается Камю.

К столетию Октавио Паса, мексиканского поэта и писателя, Нобелевского лауреата,  журнал печатает эссе из его книги «Сыны праха: от романтизма к авангарду». (Перевод с испанского и вступление Бориса Дубина.) Тема – особенности испанского и латиноамериканского романтизма и модернизм, который возник в Латинской Америке раньше, чем в Испании, и  который, по утверждению Паса, « стал нашим подлинным романтизмом».

И новое конкурсное задание для читателей журнала:  «Авторы «ИЛ» -  писатели рисующие». Десять победителей  конкурса получают бесплатную подписку на весь 2016 год.

Первый номер 2015 года

«Перед лицом океана» называется номер, целиком посвященный Кубе, чья «многоликая литература бурно развивается как на острове, так и за его пределами, осмысляя последние полвека истории страны – несостоявшуюся утопию, непревращение кубинца в Нового Человека» и т. п. – как сказано во вступлении Дарьи Синицыной, составителя номера.

Иностранка в 2015 году.