UA-106864095-1
Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

БОГДАН-ИГОРЬ АНТОНИЧ

Опубликовано 25.05.2022

СЛОВО О ЧЕРНОМ ПОЛКУ

Слово о черном полку

 

Слова бьются друг о друга – набатный звон бронзы.

Я не выкрикиваю проклятий, я отпеваю вас:

            разбитые полки, полегшие фаланги, павшие когорты.

Честь тем, кто и на поле смерти был преисполнен страстью,

а тем, в кого страх вполз, как в раковину слизень,

            чьи спины погнулись как тростник – презренье.

 

Эхо разгрома ранит мне слух, прорываясь из бездны вероломства,

как последнее стенанье раскатов грома в дребезги разбитых,

            зажатых в западне.

Смотрю во мрак, где тетивы утесов, натянутые на луки водопадов,

внезапно, как туго вложенные стрелы,

            извергают кривоклювых птиц.

 

Светает. Полк в отступлении. Анабасис под африканским небом.

Лес вбитых в небо копий вонзается в луну:

            кровь ржавая сочится.

И вождь с эбеновою кожей, с серьгами звезд в ушах,

швыряя в тучи языческие вопли, как вызов,

            проклинает крах пре́давшего божества.

 

Нет жалости – штыки, как плу́ги в чернозем, вонзаются в тела,

засевают тучное поле черных тел семенами порядка и покорности,

            чтобы до седьмого колена помнили,

чтоб каждый навеки уяснил, чтобы сын внуку,

внук – своему потомству, как пожитки в наследство,

            передал рассказ о том, как крепла держава.

 

Они ложатся рядом один к другому, как деревья вырубленного леса,

в раздавленных черепах клокочет мозг, как шафрановое масло.

            Кто сеет кровь, тот пожинает ненависть,

Так принимайте же это стальное крещенье!

Зеленоглазая черная княжна, муза отмстителей,

            готовь купели в кровавых лужах.

 

Напившись бензином, летят драконы – полуптицы-полуносороги –

драконы, сплевывающие змеиную слюну

            разлетающимися ядрами огня и олова,

словно бы выползшие из лунных пещер,

и метла кометы, поднимая столбами прах,

            им навстречу метет людей, как листья.

 

На грудах черных рук и черных ног алая кровь и желтая пена –

осклизлая смертная пена – на губах,

            растерзанных артиллерийским поцелуем.

Мины – тюльпаны недр земных –

Взрываются, как огненные кущи,

            раскатами победно салютуя.

 

Орудия выспускают веера дымов, как перед полетом крылья,

срываются с мест и колесами давят

            нагроможденья трупов и железный лом,

на черных челюстях клейкая смертная слюна, глазные впадины залиты потом,

пыль с металла, мокроту с губ и кровавую грязь

            слизывает язык пу́рпурной зари.

 

Глотки глухо хрипят и мерзостное удушье сводит судорогой пальцы,

Ладони, как лепестки растоптанных цветов,

            в последний раз вспыхивают жаждой жизни,

богоборцы шлют небесам проклятия.

Всё на свете отдать за миг единый жизни!

            Ночь им станет вечным исцеленьем.

 

Лопата солнца вязнет в тепле желтеющего утра, роя могилы,

лопата солнца, перекрестье согласованных ветров,

            похоронный ритуал шакалов.

О черное тело, запеленатое в красный шелк песка, немое, бессильное,

в котором еще мгновение назад кипели страсти!

            Заботливые ладони земли!

 

Так пусть же Богоматерь черная уведет воинов в страну,

где уже не стрáшны драконы, где вечный покой и сонная вода,

            Слова бьются друг о друга – поминальный звон бронзы.

Закончим же прощальный плач.

Разбитый черный полк в звездную страну

            на вечный ночлег уходит.

 

пер. С. Завьялова